Пермская краевая филармония 82-й сезон

Симфоническое откровение

Симфоническое откровение
20 октября 2015

На минувшей неделе в Перми прошли два сенсационных концерта.

* * *

Успех филармонического концерта с участием Юрия Башмета и Национального симфонического оркестра Республики Татарстан под управлением Александра Сладковского, который состоялся днём позже «концерта-энигмы», тоже был предсказуем, но в первую очередь в силу «статусности» события: большой комплект чиновников с супругами, цветы от губернатора… Здесь можно было и забыть о качестве исполнения, достаточно было имени Башмета.

Вообще, поначалу концерт не задался: именно в этот день в Перми образовались экстремальные автомобильные пробки, и опаздывавшие зрители врывались в зал на протяжении часа! Всё это сопровождалось достаточно шумными разборками из-за занятых мест, так что небрежность исполнения соответствовала общей нервозности в зале.

Тем поразительнее чудо, происшедшее во втором отделении концерта. Исполняли симфоническую поэму Гии Канчели «Стикс», и после окончания исполнения ничего кроме «Обалдеть!» и «Гениально!» никто не мог произнести.

Это был не просто прекрасный концерт — это было откровение, нечто запредельно прекрасное, жестокое и очищающее. В минималистичной композиции, в которой каждый звук живёт какой-то отдельной жизнью, композитор смог выразить и множество культурных ассоциаций, связанных с названием реки, отделяющей мир живых от мира мёртвых, и всю гамму эмоций, связанных с темой смерти; эмоций далеко не всегда тёмных и гнетущих — чисто, трогательно звучала тема памяти, тема всего прекрасного, о чём напоминают имена ушедших любимых; мимолётно, словно тени в раю, проплывали сквозь музыкальную ткань едва уловимые фрагменты из знакомых и любимых мелодий — символ прекрасного прошлого. Это был высочайший образец настоящей современной музыки, в которой не только звук, но и его отсутствие значит очень много: паузы здесь важны не меньше, чем музыкальные фрагменты.

Впрочем, оценки «Шедевр!» и «Потрясающе!», звучавшие в финале концерта, относились не только к произведению, но и к его интерпретации и исполнению. Сладковский совершил настоящий подвиг, мобилизовав оркестр после перерыва. Казалось, что на сцену вышел совсем другой коллектив: играли так, будто музыкантам был обещан расстрел за каждую не то что неверную, но и просто неблестящую ноту! В «Стиксе» очень много небольших, но весьма значимых соло у самых неожиданных инструментов — например, у перкуссионных, и все они были исполнены абсолютно безупречно.

Тем поразительнее эффект, который возникал, когда оркестр начинал играть тутти: отдельные звуки, как струйки, сливались в тёмное, порожистое течение подземной реки, которое словно выплёскивалось в зал и заливало его. В этом эффекте «поглощения зала» огромную роль сыграл хор, состоявший из двух пермских коллективов — Уральского государственного камерного хора и академического хора «Млада». Хор блестяще подхватывал музыкальные темы оркестра, то соединяясь с ним, то вырываясь вперёд, и, между прочим, показал пианиссимо не хуже, чем у MusicAeterna.

Юрий Башмет, который солировал на альте, был тёмным ангелом этого загробного мира. Звук его инструмента то и дело пропадал, растворяясь в потоке «Стикса», но никогда не исчезал надолго — как путеводная нить, он светился в подземной темноте, напоминая о том, что где-то есть жизнь.

* * *

Пермская краевая филармония, которая устроила этот грандиозный концерт, собрала большой пермский хор и организовала его репетиции с оркестром Александра Сладковского, во всех анонсирующих материалах называла исполнение «Стикса» не иначе как премьерой. Это изрядное лукавство: произведение написано более 10 лет назад, исполняется достаточно часто. Однако для Перми это была не просто премьера — это было откровение.


Подробнее: http://www.newsko.ru/articles/nk-2800028.html

Вернуться

Вход  /  Зарегистрироваться
Забыли пароль? Отмена
Обратно