Пермская краевая филармония 82-й сезон

Пятый музыкальный элемент

Пятый музыкальный элемент
8 октября 2015

Александр Сладковский раскрыл секреты своего успеха

Инесса Суворова

Александр Сладковский, заслуженный артист России, руководит Государ­ственным симфоническим оркестром Ре­спублики Татарстан. Именно этот оркестр открыл юбилейный сезон филармонии. А наш корреспондент поговорил с дирижером о секретах зрительского успеха.

– Александр Витальевич, ваш коллектив так часто бывает в Прикамье, что пермский зритель, наверное, стал вам уже практически родным?

– Да. Буквально на днях я услышал, что нас в шутку называют не только Госу­дарственным оркестром Республики Татар­стан, но и оркестром Пермской филармо­нии. Нам очень приятно здесь бывать. Край богат музыкальными традициями, здесь прекрасная филармоническая публика. Согласитесь, 80 лет для филармонии – это большой срок. По большому счету, публика, которая приходит в концертный зал, особая. Здесь не бывает случайных людей. Наши слушатели и зрители изначально настрое­ны на волну симфонической музыки и уже этим уникальны. И в этом смысле тут нет никакой зависимости от географической точки, будь это в Америке, Японии или Ев­ропе. Это скорее зависит от уровня образо­вания и общей культуры. Вообще, людей, которые любят и по­нимают классическую музыку, для которых музыка является частью души, в мире очень мало. Хотя надо сказать, что постепенно их число растет.

– Благодаря вашим усилиям в том числе…

– Для этого и работают музыканты. И чем искреннее они работают, тем благо­дарнее публика. Приятно, что у оркестра есть свои поклонники, в том числе в Пер­ми, которые бывают на наших концертах и в других городах. Это уже не зрители. Это – друзья.

– Когда вы возглавили оркестр Татарстана, вам пришлось практически заново его создавать. И сегодняшний успех коллектива – это результат огромной работы, которая не видна зрителю. Что было в ней основным?

– Оркестр – это сложный организм, ко­торый надо бережно взращивать и настра­ивать. Здесь от каждого человека зависит очень много. Это тонкая и сложная психо­логическая работа. Вообще, дирижерская профессия на 95 процентов – это профессия внутреннего слуха. И публика услышит только то, что смог услышать дирижер внутри себя. Это ведь только кажется, что мы просто машем руками, топаем ногами и громко подпеваем солистам. На самом деле для того, чтобы су­меть передать музыкальную информацию и вибрации, заложенные в музыке, сначала дирижер в полной тишине должен всю па­литру звуков услышать вну­три себя. И чем рельефнее, яснее и ярче он ее услышит, тем краше это будет звучать в любой акустике.

– В одном из интервью вы сказали, что невозможно научить дирижировать. Можно только научиться.

– Это правда.

– А кого вы считаете своими главными или первыми учителями?

– Первой была, конечно, моя мама. Она преподаватель фортепиано, и мое первое при­косновение к звуку произо­шло еще до моего рождения. Позже у меня была потряса­ющая школьная учительница Валентина Васильевна Вол­кова. Мы до сих пор с ней об­щаемся, созваниваемся. Она важный человек в моей судьбе потому, что учила не только музыке, а еще и главным осно­вам человеческих взаимоотно­шений, бытия, благородства. Я считаю, что это огромное везение, потому что музыке учат многие. Но помимо му­зыки есть еще масса аспектов, которые очень важны. Если ты ими не владеешь, то и твоя музыка становится никому не интересна. Есть еще одна личность, которая сыграла важную роль в моей жиз­ни. Так сложились обстоятельства, что я много лет отдал службе в армии. Там и по­знакомился с человеком, который сегодня возглавляет военно–оркестровую службу Российских Вооруженных Сил. Это гене­рал–лейтенант Валерий Халиев. Когда мне исполнилось 18 лет, он сказал: «У тебя бу­дет очень большое будущее». И тогда очень много помогал мне и поддерживал.

– А если говорить непосредственно о дирижерском мастерстве?

– Это Петербургская консерватория. Мой учитель – выдающийся дирижер, фантастический хормейстер и бессменный руководитель Петербургской капеллы Вла­дислав Чернушенко. Мне повезло в том, что во времена моего студенчества блистали Гергиев и Темирканов. И к ним приезжа­ли дирижеры мирового уровня – Кристоф Эшенбах, Эса–Пекка Салонен, Неэме Ярви. Все это мы видели и впитывали, и имели возможность общаться. Вот что такое на­ стоящая дирижерская школа. И это было фантастическое время! А вообще мое желание стать дириже­ром связано с именем Юрия Темирканова, которого за дирижерским пультом я увидел в 13 лет. И с этого момента я не перестаю учиться. Ведь дирижер – это такая профес­сия, которой необходимо учиться всегда. И при этом всякий раз думаешь: «Боже, как я далеко от совершенства…».

– Вы даже сейчас так думаете?

– Конечно.

– А у вас есть свои ученики?

– Если вы спрашиваете о тех, на кого я повлиял, то честно скажу – не знаю. Воз­можно, мой пример может кого–то вдох­новить, подтолкнуть, научить, ведь он не похож ни на какой другой. Я же не взял готовый оркестр, который и до меня деся­тилетиями работал, а я только подхватил и продолжил. А вообще преподавание – это не мое. Для этого необходим особый склад ха­рактера. Задача учителя не только научить, но и выпестовать, поставить на рельсы, обе­спечить топливом, научить рационально это топливо бросать в топку и отправить в длинный–длинный путь. У меня просто нет таких возможностей потому, что я занят со­бой, своей карьерой. Оркестром.

– Если уж вы заговорили о вашей карьере, здесь у вас есть помощники?

– Моя жена. До тех пор пока я не встре­тил свою жену, моя жизнь протекала бес­сознательно. У меня ничего не клеилось… Наверное, всю жизнь до того как мы с ней встретились, я готовился к этому. Ведь для того чтобы на тебя обратила внимание такая женщина, – ты должен стать этого достоин. И, видимо, пока я был этого не достоин, я не мог ее встретить. Но с того мо­мента, как мы начали жить вместе, все вста­ло на свои места. Помните замечательный фильм Люка Бессона? Момент, когда герои устанавливают «пятый элемент», и все при­ обретает смысл, все начинает работать. Вот таким пятым элементом стала моя жена Виктория. Она оживила все вокруг меня и вдохнула жизнь в мое совершенно бессмыс­ленное существование. Конечно, те успехи, которые сегодня очевидны и о которых я говорю без ложной скромности, – это плод нашего совместного труда. И то, что я не задумываюсь сейчас ни о чем, кроме музыки, – это огромная ее за­слуга.

– Из чего вы исходите, формируя репертуар оркестра? Ставите ли себе задачу воспитания зрителя?

– Нет, ну что вы…. Я не воспитатель, я музыкант. Просто я очень люблю людей. Что касается репертуара, то здесь я исхожу только из собственных пристрастий. А при­страстия, собственно, очень просты: это все, что связано с романтикой, и все, что идет на пределе эмоционального накала. И тут очень широкий спектр произведе­ний, начиная от Бетховена в Венской шко­ле симфонизма, через Брамса и Брукнера к Рихарду Штраусу и Густаву Малеру, от ро­мантизма Чайковского через Стравинского к Шостаковичу. Вот такова, если коротко и схематично, система моих пристрастий.

– Последний вопрос по традиции – о дальнейших творческих планах.

– Самый глобальный пункт плана – сегодня уже можно об этом сказать – это масштабный проект с фирмой «Мелодия». К юбилею Дмитрия Шостаковича наш ор­кестр сделает запись всех симфоний и ин­струментальных концертов композитора. Для регионального симфонического орке­стра это очень высокая планка. Кроме того, мы сейчас очень плавно входим в международную деятельность. В декабре 2016 года Государственный ор­кестр Республики Татарстан вместе с Де­нисом Мацуевым выступит в Золотом зале Венской филармонии. Это место – мечта каждого профессионала, туда стремится попасть любой музыкант. А вообще гра­фик наших гастролей расписан до февраля 2017 года как по России, так и за рубежом. В творческом смысле – это постижение симфонизма, это Граупнер, Брукнер, Малер, Шостакович. Конечно, новые экс­перименты с оперным искусством, как, на­пример, сегодняшний «Евгений Онегин» с Чулпан Хаматовой. В следующем году планирую таким же образом поработать с «Иолантой».

– Будем ждать…

 

источник

Вернуться

Вход  /  Зарегистрироваться
Забыли пароль? Отмена
Обратно