Пермская краевая филармония 82-й сезон

Анна Фомичева на Эхо Перми

Анна Фомичева на Эхо Перми
20 февраля 2008

Эхо Перми:

20/02/2008 Аншлаги на литературных концертах — новая мода или возрождение любви к слову?

ведущий: Н. Соловей.

гость: Анна Фомичева, солистка Камерной филармонии «Петербург-концерт», мастер художественного слова.

Ведущий: Добрый день, дамы, господа! В студии ведущая — Нина Соловей. Сегодня наш прямой эфир посвящен искусству слова. Да, я не оговорилась. Этим вечером в 19 часов в Органном зале Пермской филармонии в рамках абонемента «Мастера художественного слова» состоится концерт солистки камерной филармонии «Петербург-концерта» мастера художественного слова Анны Фомичевой. И, собственно, Анна Фомичева гость нашей студии. Добрый день, Анна.

Анна Фомичева: Здравствуйте.

Ведущий: Дорогие друзья, я приглашаю вас присоединяться к нашей беседе. Телефон прямого эфира 261-88-67. Эфирное ICQ 404582017. До 15 часов мы с Анной в прямом эфире. Поговорим, безусловно, о самом концерте, о том, что вошло в его программу. Ну, а самое главное о том, что было заявлено в анонсе прямого эфира. Первый вопрос, который я хочу, Анна, задать вам, и вопрос, который я хочу задать слушателям. Сегодня вновь появляется повышенное внимание к чтецким программам, внимание к концертам мастеров художественного слова, что это — новая мода? Либо это настоящее возрождение любви к художественному слову? Я задаю такой вопрос, конечно относительно города Пермь? В Москве, насколько я знаю, концерты мастеров художественного слова собирают полные залы. У нас был, по разным причинам провал в этом жанре. Но вот уже два года как филармония возобновила вновь эти концерты. И мы стали приглашать мастеров художественного слова. Стали сами устраивать концерты силами и пермских артистов. И снова полные залы. Люди идут. Т. е., тот страх, который поначалу был, страх, в общем то, объяснимый, что мы не соберем полные залы, не оправдался. Вот уже состоялся концерт Аллы Демидовой. Понятно, что это имя, да. Состоялся концерт Павла Любимцева. Сегодня будет ваш концерт. Как с этим делом, то есть с концертами чтецов обстоит в Петербурге?

А.Ф.: Вы знаете, дело в том, что интерес к этому жанру сейчас не только в Москве и в Петербурге, в том числе…

Ведущий: Но вы согласны, что был провал в этом жанре?

А.Ф.: Был провал. Да. Я думаю, что это связано с тем, что в свое время, когда развивался этот жанр, а это были годы социализма, как мы все помним. И связано это было с идеологической подкованностью народа. И в чтецы набирали всех, кому не лень. Т. е., для того, чтобы читать в колхозах, совхозах и красных ленинских уголках не обязательно…

Ведущий: Но все равно чтецы должны были обладать какими-то данными, да ведь?
А.Ф.: Но они, конечно, обладали. Но они далеко не все были именно хорошими актерами и личностями. Поэтому, конечно, интерес так к этому упал. Т. е., были обязаны взять эти концерты, их проводили. Но качество этих концертов, оно оставляло желать лучшего. Тем более, все это было достаточно сильно навязанным. Поэтому, в общем, в какой-то момент интерес, конечно, упал. И, конечно же, из-за того, что жизнь на какой-то момент стала достаточно тяжелой. И большая часть страны была занята выживанием. Я думаю так. А сейчас интерес возрождается именно потому, что в этот жанр приходят настоящие артисты, настоящие мастера своего дела.

Ведущий: Все совмещают эту деятельность с работой еще в кино и в театре, как вы, да?

А.Ф.: Конечно, конечно. Безусловно. Это тоже является большим таким стимулом. Потому что хочется посмотреть на артиста не только в театре, а в данной профессии, в данном жанре, наиболее, как сказать, личность, личность видна. Потому что здесь ты один, тебя никто не прикроет — ни партнер, ни товарищ. И только ты, и только твои зрители, и то, что ты им хочешь сказать. Ну, и, конечно же, возможно, возрождается этот жанр еще и потому, что опять-таки время такое требует, опять идеологической, так сказать, подкованности народа. Ну, это не моя мысль. Это говорят люди более пожилого, более старшего возраста.

Ведущий: Но это есть.

А.Ф.: Придет такое время, да, когда опять, опять надо возрождать этот жанр, чтобы влиять на умы.

Ведущий: Ну, а вы почувствовали повышенный интерес в минувший, хотя бы год? 2007-й год был так громко объявлен годом русского языка.

А.Ф.: Вы знаете, да. У нас, например, в филармонии было очень много концертов, особенно по школам. Хотя зачастую школы — это целая трагедия. К ним приезжаешь. И учителя — ребята, вы им прочитайте. Они ж сами вообще книгу не откроют. Они же серые, как портянки. Это, конечно, ужас. Страшно. Ну, не все.

Ведущий: Но не все же такие школы…

А.Ф.: Не все, конечно. Есть прекрасные дети, хорошо обученные, прекрасно знающие литературу. И, конечно, перед такими выступать одно удовольствие. Концертов, да, было очень много. Именно литературных. И не только по школам. Меня всегда вот в этом плане радует Горьковская филармония, с которой я уже давно работаю. Они вообще тысячные залы собирают на литературные концерты. Но там эта традиция не прерывалась уже много лет. Так вот это все идет. И, в общем, очень, конечно, приятно.

Ведущий: Ну, я хочу сказать, к счастью, и Пермская филармония это продолжает. И тоже собирала полные залы. Помню более десяти лет был абонемент, который назывался «Русская и зарубежная классика». И вот сейчас уже 2 года новому абонементу, то, о чем я в самом начале сказала. И вновь полные залы. Моя версия еще есть и такая. Что было все-таки это время провала и экономического, в том числе, да?

А.Ф.: Ну, это, безусловно.

Ведущий: Когда люди смотрели повально «Аншлаг», когда людям нужны были зрелища. А все-таки концерт чтеца он предполагает… вернее не предполагает особой развлекаловки. Он предполагает то, что зритель должен сидеть и думать.

А.Ф.: Ну, вот именно.

Ведущий: Перед тобой не будут скакать, не будут кувыркаться, не будут… ну, редко у какого чтеца, редко у какого артиста, бывает реквизит. Все по минимуму. Стоит человек, возможно, рядом стул. И произведение, которое он читает. И ты сидишь, и ты должен работать во время концерта. Был этот момент у всех. Не всеобщего отупения. Но…

А.Ф.: Не отупения. Люди просто не хотели задумываться. Просто боялись думать. Было настолько страшно жить, что задумываться лишний раз о чем-то было, действительно, очень и очень страшно. Поэтому тут дело даже не в том, чтоб кто-то там прыгал перед тобой, кувыркался. А просто не хотелось думать. Хотелось отключить голову и не погружаться. И так, и так было очень плохо. Это я и по себе помню.

Ведущий: А сейчас, Анна, сейчас стало все так хорошо?

А.Ф.: Не то, что стало хорошо. Ну, невозможно же все время сидеть в вакууме и запереться в себе, как в банке, такой «человек в футляре». Это же нереально. Конечно, не все хорошо. Тем более, я достаточно много езжу по городам. И, в принципе, кроме Москвы и Питера я бы не сказала, что люди живут очень хорошо. Конечно, и тяжело. Но, тем не менее, духовность, духовность возрождается.

Ведущий: Вот это желание, понимание, оно есть?

А.Ф.: Может это громкие какие-то слова. Но, тем не менее, люди тянутся к хорошему. И это не может не радовать.

Ведущий: Мы возьмем ряд чтецов известных, да. Это Михаил Казаков, допустим, вот названная мной уже Алла Демидова. Приедет к нам скоро, кстати, в апреле Антонина Кузнецова. Это имена. Люди не смотрят даже на афишу, что они читают. Люди идут. И готовы слушать, пусть она хоть телефонную книгу читает. Да, ну, это голос, это живая легенда. И так далее. Артистам, как мы с вами, в какой-то степени начинающим все еще, долгое время приходится очень щепетильно подходить к выбору материала. Потому что многие идут на имя. Допустим, там, где вы часто гастролируете, вас знают. Идут уже на Анну Фомичеву. А кто-то идет и на выбор материала. Вот как вы подходите к выбору материала?

А.Ф.: Я выбираю всегда то, что я хочу читать. Потому что, каждый раз выходя на сцену, я должна знать, что я хочу сказать публике. Я не могу взять тупо какой-то материал просто потому, что он пользуется каким-то диким спросом. Но во мне он не находит какого-то отклика. Еще, кстати, когда я училась в театральном институте, а училась я у народного артиста Игоря Олеговича Горбачева, он…

Ведущий: Хороший педагог, прославленный.

А.Ф.: Да, он нам говорил, что, ребята, когда вы выбираете материал, вы, даже вот если вам нравится всего лишь одна строчка, вот ради этой строчки имеет смысл брать этот материал. Даже зацепившись за одну строчку. Конечно, у нас есть, так называемый, социальный заказ. Т. е., мы делаем программы, которые нас просят. Но опять-таки. Никто насильно не стоит и в зубы это дело не сует — делай и все. Нет, такого нет. Я выбираю то, что я…

Ведущий: У вас существует худсовет в филармонии?

А.Ф.: Конечно, существует. А куда деваться? Все мы ходим под, так сказать…

Ведущий: Но их пока устраивает ваш выбор, ваш вкус?

А.Ф.: Ну, скажем… у меня был один худсовет, где не устроил материал, не устроила подача. Но тут дело даже не в материале, потому что у нас сейчас в филармонии есть совсем молодой режиссер. Ей 26 лет всего. Татьяна Изитулова. Она уже достаточно известна. Она, кстати, в Кудымкаре ставила спектакль в драматическом театре здесь, недалеко, насколько я знаю.

Ведущий: Это наш край.

А.Ф.: Да, да, да. Она занимается моноспектаклями. И один из ее спектаклей часто выезжает за границу. Это «Кроткая» по рассказу Достоевского.

Ведущий: Так что же она сотворила с вами?

А.Ф.: Мы с ней поставили моноспектакль по Набокову. Есть у него такой рассказ «Пасхальный дождь». Мы, конечно, добавили туда стихи. Т. е., получилась такая некая композиция. Но не устроило худсовет, что это именно была форма моноспектакля. Это была не чтецкая работа. Вот достаточно еще тяжело воспринимают моноспектакль и чтецкую работу. Вот у нас требования такие, скажем, ближе к классике. Чтецкая работа она должна быть чтецкой работой.

Ведущий: Но ведь моноспектакль лучше воспринимают зрители. Все-таки моноспектакль — тут ты уже можешь и декорации, тут ты уже можешь и музыку включить, и фонограмму. Тут ты уже можешь и где-то припрятаться, спрятаться. Это более зрелищно.
Т. е. у вас четкое деление идет, да?

А.Ф.: Да, четкое деление. Потому что, ну, во-первых, если я играю моноспектакль, для меня, как для актрисы, это две разные ипостаси.

Ведущий: Конечно.

А.Ф.: Когда я играю моноспектакль, я, как актриса, не знаю, чем все закончится. Я работаю на сцене и проживаю это все.

Ведущий: Я не Анна, я герой.

А.Ф.: Чтецкую работу я тоже, конечно, проживаю. Но я знаю, чем все закончится. Я четко веду мысль, нить к финалу, то, к чему, вот о чем я хочу сказать. Конечно, резко отличается. Но я тоже считаю, что моноспектакль воспринимается легче. По форме даже легче, потому что там больше воздуха, больше пространства какого-то. Хотя, с другой стороны, когда то, еще в институте, когда я только-только начинала свою работу, мне хотелось побольше там декораций каких-нибудь навернуть, там чего-нибудь этакое сделать, и музыки, чего-то. А потом я поняла в одни прекрасный момент, что, когда ты знаешь, чего ты хочешь сказать, тебе вообще ничего не надо. Ни декораций, ни музыки, ни приспособлений никаких, потому что…

Ведущий: И зрителю это уже не надо.

А.Ф.: Абсолютно, абсолютно. Ну, опять-таки, это две разные формы — чтецкая работа и моноспектакль. И есть какие-то определенные позиции, которые характеризуют и то, и другое, от которых никуда не уйдешь.

Ведущий: Я напомню. Гость нашей студии солистка Камерной филармонии «Петербург-концерта», мастер художественного слова Анна Фомичева. Сейчас же, уважаемые радиослушатели, внимание. Вы можете стать обладателем билета на два лица, билета на концерт Анны Фомичевой. Состоится этот концерт, напомню, в 19 часов. Вам достаточно позвонить нам по телефону 261-88-67. и ответить вот на какой вопрос. В этом году исполняется 135 лет со дня рождения, ну, на мой взгляд, величайшего русского композитора. Этому композитору в свое время один из не менее талантливых, но уже писателей, посвятил свое произведение. Анна имела счастье столкнуться творчески с этим произведением. Она его исполняла. Более того, это была первая программа, с которой Анна Фомичева приезжала в город Пермь. Что это за произведение? Итак, это посвящение великому русскому композитору, которому в этом году, музыкальный, по крайней мере, весь мир отмечает 135 лет. Ему исполняется 135 лет со дня рождения. Анна Фомичева исполняла, впервые приехав в Пермь, произведение, посвященное этому композитору. Имена пока не называю. Будем надеяться, что вы вспомните. Будем надеяться, что вы позвоните. 261-88-67 телефон прямого эфира. Эфирное ICQ 404582017. Очень хотелось услышать ваше мнение, дорогие радиослушатели, как вы — считаете ажиотаж, который стал происходить и в наших залах, и в нашем городе на концертах не певцов, на концертах не танцевальных коллективов, не оркестров, не инструменталистов, а на концертах чтецов. Люди ходят, люди слушают. С чем это связано? Вот одна из версий Анны, как я понимаю, это все-таки возрождение былых традиций, ну, в том плане, что надо массы просвещать. Нести светлое…

А.Ф.: Кстати, помните у Рэя Брэдбери рассказ «451» по фаренгейту». Жуткий рассказ. Я помню, когда первый рассказ прочитала, это еще в детстве было, мне было очень плохо. Достаточно долго мне было страшно. Тем более, учитывая, что фантастика, как бы ее не писали, очень много уже, так сказать, в жизнь претворено. Так помните, как там было? Как, насколько даже в том обществе, казалось бы, в безликом, в бездушном, абсолютно никаком, все-таки пробивались к жизни ростки духовности. И люди хотели жить, люди хотели быть людьми. Я думаю, что, в общем, это тоже, скажем, причина.

Ведущий: Есть у нас звонок. Добрый день.

Слушатель: Здравствуйте.

Ведущий: Как вас зовут?

Слушатель: Дмитрий.

Ведущий: Дмитрий, что это за произведение, которое исполняла Анна Фомичева?

Слушатель: Произведение не назову. Но композитор, может быть, Петр Ильич Чайковский?

Ведущий: Нет. Не Петр Ильич Чайковский. К сожалению, не Петр Ильич Чайковский. Не менее известный, не менее талантливый. Подсказываю, не просто композитор. Пианист. И в этом произведении шла речь о его первой любви, о начале. Трогательные в этой повести, очень трогательные строчки. Но вы, наверно, точнее скажете, да?

А.Ф.: И о становлении его как композитора.

Ведущий: Как композитора. И когда он, умирая, поднял руки и сказал — спасибо вам, мои руки, так?

А.Ф.: Милые мои руки, бедные мои руки. Прощайте.

Ведущий: Вы все еще эту программу, грубо говоря, катаете?

А.Ф.: Я, собственно говоря, должна была приехать с ней. Но с моей пианисткой беда случилась. У нее травма руки. И поэтому мне пришлось срочно менять программу.

Ведущий: Да, для пианистки это…

А.Ф.: Для пианиста это ужасно. Тем более, играть музыку этого композитора женщине сложно. Я опять-таки подсказку небольшую даю. У этого прекрасного композитора были очень большие руки. Поэтому для пианистки, для женщины, играть его музыку достаточно тяжело. Тем более, с травмой.

Ведущий: Есть звонок у нас. Добрый день.

Слушатель: Здравствуйте.

Ведущий: Как вас зовут?

Слушатель: Татьяна.

Ведущий: Татьяна. Так.

Слушатель: Я попробую ответить на вопрос. Это Рахманинов?

Ведущий: Это Рахманинов. Конечно, Сергей Рахманинов. А что за произведение?

Слушатель: Это не «Сирень»?

Ведущий: Это» «Сирень».

А.Ф.: Конечно, конечно.

Ведущий: Татьяна, это «Сирень», и это Сергей Рахманинов. Юрий Нагибин. «Сирень». Анна приезжала к нам с этой программой. Мне посчастливилось ее видеть. Я влюбилась после вашей программы в это произведение. Татьяна, большая просьба, оставьте, пожалуйста, номер вашего телефона звукорежиссеру. Я вам позвоню после эфира. Расскажу, как вы сможете получить этот билет на два лица. Ну, а те, кто не успели, те уже сегодня успевайте подходите. Остались еще билеты. Достаточно ограниченное число. Но все-таки они есть еще в кассе Органного зала. Поэтому обязательно приходите.

А.Ф.: Я помню, еще, когда я первые годы приезжала, и я тогда только-только начинала свою концертную деятельность, конечно, я очень волновалась. И здесь, именно в Перми, были концерты по школам. И меня тогда еще поразило в первый раз, насколько грамотные дети. Т. е., по реакции, по губам, повторяющим стихи, я видела, что они знают, что я читаю. Это не так часто встретишь в большом городе.

Ведущий: Вы еще читали Ахматову.

А.Ф.: Да, да, да. Сегодня, кстати, прозвучит часть этой композиции. К сожалению, без музыки, опять-таки. Потому что нет пианиста.

Ведущий: «У самого моря».

А.Ф.: Да, да, да. Прозвучит именно эта поэма. Несколько стихов. И, получается, что первое отделение, это будет Ахматова, Цветаева. А второе отделение Сергей Есенин. Вот второй год, когда я сюда приезжала, я именно Есенина и читала.

Ведущий: Добрый день.

Слушатель: Здравствуйте.

Ведущий: Как вас зовут?

Слушатель: Меня зовут Маргарита. Я очень рада, Нина, что вы, наконец, в пермском «Эхе» снова.

Ведущий: Спасибо.

Слушатель: Я не успела ответить на ваш вопрос, который знала. Но я очень рада слышать ваш голос.

Ведущий: Спасибо. Скажите, пожалуйста, как часто вы ходите на концерты филармонии? И ходите ли на концерты мастеров художественного слова? Чтецов.

Слушатель: Ой, давно не была. В последний раз Демидову слышала в Москве.

Ведущий: А в Перми уже не слышали ее?

Слушатель: Нет. Ну, я не так давно здесь живу.

Ведущий: Маргарита, ну, я вас приглашаю сегодня обязательно приходите. Доставьте себе удовольствие. Более того, Анна будет читать не только стихи. Анна будет, в том числе, и исполнять романсы.

Слушатель: Спасибо большое.

Ведущий: Так что, обязательно приходите. В 19 часов, Органный зал Пермской филармонии. Вот мы переходим все-таки… Ну, так случилось, к сожалению, несчастье такое случилось, ну, для пианиста, особенно, да, повредила руку. Поэтому программа несколько видоизменена. Но вы приехали не без инструмента.

А.Ф.: Да, я приехала с гитарой. И в первом отделении и во втором позвучат романсы. В первом отделении на стихи Марины Цветаевой, а во втором на стихи Сергея Есенина.

Ведущий: А музыка?

А.Ф.: Музыка в первом отделении Елены Фроловой. А во втором отделении там получается сборная. Потому что, когда я выбирала романсы, знаете, как ни странно, достаточно сложно при всем многообразии. На стихи Есенина очень много написано. Очень сложно найти музыка, которая совпадает стихами, которая подчеркивает, а не разрушает стихи. Поэтому там такая сборная соляночка получилась.

Ведущий: Вообще Сергея Есенина очень любят мужчины. Как правило, Сергея Есенины берут чтецы, либо, ну, просто люди, грубо говоря, извините за выражение, мужского полу… Вы обратились к его поэзии. Почему?

А.Ф.: Когда-то

Ведущий: Ахматова, Цветаева — это я понимаю.

А.Ф.: Когда то, как у Сергея Есенина в поэме строчки есть «когда-то у калитки мне было семнадцать лет». Когда то, когда мне было 15 лет…

Ведущий: У нас это раньше.

А.Ф.: Да, я занималась в драмкружке. Мы делали вечер, посвященный… у нас, дело в том, что я выросла в Крыму, хотя родилась в Ленинграде. Но так уж по воле судеб. И поселок, где я жила, там были исключительно командировочные питерские работники. Потому что там был военный завод. И такой закрытый городок был. И у нас была прекрасная режиссер. К сожалению, сейчас уже нет в живых. Лидия Григорьевна ее звали. Она окончила петербуржский наш театральный институт по режиссуре. И она ставила прекрасные спектакли. И вот мы делали вечер, посвященный поэзии. И я со своим партнером мы делали небольшой отрывок из «Анны Снегиной». Ее прощальное письмо. Это было безумно красиво сделано. Я впервые надела взрослое вечернее длинное платье. Т. е., для меня это масса воспоминаний, конечно. И потом, когда я пришла в театральный институт, я вспомнила про «Анну Снегину». И первую чтецкую работу я сделала именно отрывок из этой поэмы. И сейчас я читаю эту поэму, ну, практически, целиком. Она с небольшими купюрами. И именно опираясь на эту поэму, я взяла материал о Сергее Есенине. Конечно, там еще и стихи прозвучат. Но основное для меня, это поэма. Ее мало, кто читает, тем более мужчины.

Ведущий: Ну, вот «Анна Снегина» потому что…

А.Ф.: Она лирическая слишком. Хотя она написана от лица мужчины. Но там много лирики. Ну, может быть, поэтому мужчины как-то не берут этот материал в работу. Не знаю.

Ведущий: Я хочу сделать крючочек вперед, уважаемые радиослушатели, коль уж мы заговорили о Есенине, упомянули Анну Ахматову, Марину Цветаеву. Предлагаю вторую часть нашей беседы посвятить такому вопросу. Как же так? 21-й век. А мы все читаем и читаем, слушаем и слушаем, поем и поем поэзию «серебряного века». Вот какая-то эта живучесть, какая-то эта актуальность я не знаю даже, что, близость, она все жива и жива. Вот об этом, Анна, вы готовы поговорить, да?

А.Ф.: Конечно.

Ведущий: Вот об этом мы сегодня поговорим. Уважаемые радиослушатели, я предлагаю вам включаться в наш разговор. Итак, Анна, я понимаю, вот почему вы взяли Есенина, в частности «Анну Снегину», да. Это лирическая. Это лирика, это любовь.

А.Ф.: Это мои воспоминания детства.

Ведущий: Это воспоминания детства. А нельзя влюбить человека и зрителя в то, что ты сам не любишь, это понятно. Ахматова, Цветаева. И вы, и масса других чтецов, и я сознаюсь тоже. Ну, вот постоянно возвращаемся к этой поэзии. Почему? Есть ведь и более современные поэты. В чем вот эта загадка, на ваш взгляд? В чем их притягательность, манкость?

А.Ф.: Знаете, современная поэзия вообще очень сильно отличается от поэзии того времени. Может быть, какой то, ну, как и фильмы сейчас, как и все сейчас как-то более жесткое такое. Все-таки такая ностальгия, такая грусть, такая нежность именно в поэзии «серебряного века» ни с чем несравнимая.

Ведущий: По красивому слову грусть?

А.Ф.: Грусть, в принципе, понимание жизни, понимание философии жизни. Вот одно из моих любимейших стихотворений Сергея Есенина «Серебряный ветер». Там есть такие строчки — «жить нужно легче, жить нужно проще, все принимая, что есть на свете». Вот это сказал человек, который сам жить так не умел. Люди писали, они писали именно о том, чего они сами фактически не могли, в силу каких-то обстоятельств, в силу характера, в силу времени. Это строчки выстраданы, пережитые. И это очень чувствуется.

Ведущий: Как у Ахматовой — «я научилась просто мудро жить, смотреть на небо и молиться богу»…

А.Ф.: Да. А то, что касается поэзии сейчас, я не хочу сказать, что она плохая. Нет, хорошая. Есть прекрасные стихи о любви. Но то, что звучит вот, сколько мне доводилось слышать современных поэтов, почему то, на, так сказать, народ в основном выливается значит о нашей плохой жизни, о проблемах.

Ведущий: Социальной.

А.Ф.: Да, мы и так все это знаем. И я опять-таки не к тому, что это вообще не должно звучать. Но как-то хочется тепла, тепла хочется. А от этих строчек именно веет теплом.

Ведущий: А как вы относитесь к чтениям поэзии самих поэтов?

А.Ф.: К сожалению, далеко не все они умеют читать свои стихи. То бишь, есть совершенно гениальные люди, которые даже, в общем, даже не понимают, что они написали. Это Есенин, я, конечно, не слышала, как он вживую исполнял, но я верю, что он исполнял так, что Максим Горький, естественно, плакал, когда он читал свое знаменитое стихотворение о собаке. А сейчас, правда, редко, редко очень, кто может читать свои стихи, действительно, так, как это должно звучать и о чем там написано.

Ведущий: Они занимаются написанием стихов, да, звукописью… Я, кстати, два случая встречала… нет, три, соврала, три. Вот Бэлу Ахмадулину слышала. И тогда поняла, только на ее концерте я поняла, что она пишет, о чем она пишет. Евтушенко. И пришлось мне услышать пермского поэта Павла Чечеткина. Абсолютно какое-то актерское исполнение. Т. е., если бы я не знала, что это его стихи, я подумала, ну, надо же какой актер шикарный. Как он прекрасно читает. Но в большинстве своем, когда мне приходилось бывать на поэтических вечерах, где читали свои стихи поэты, слушать, конечно, тяжело…

А.Ф.: В этом плане в жанре авторской песни как-то побольше простора. Там все-таки, видимо, в связи с тем, что люди и поют, и читают, это, так сказать, лучше сделано актерски. Это интересно. Это, действительно, можно слушать. Мне еще кажется, что все-таки, зачастую поэты как то, не хочу никого обидеть, опять-таки, и речь далеко не про всех. Бывает, что просто как-то хочется самовыразиться. А вроде как и не знает, как. Потому что в театральном институте не учился. И как это прочитать не знает. А кажется, что вроде вот так вот. Ну, может просто критику не всегда хотят слушать, поправки какие то, да, там как прочитать, как лучше сделать. Но, в общем, да. Сколько я сталкивалась именно с такими литературными обществами, находиться там достаточно сложно. Потому что зачастую это просто какие-то завывания непонятные. Люди в экзальтации в какой-то.

Ведущий: Ну, насколько я знаю, не все поэты любят чтение их стихов другими людьми, да?

А.Ф.: Да, да.

Ведущий: Тут уже у нас такое, скажем, противостояние. Может, поэтому мы читаем Ахматову с Цветаевой? Не могут они нам возразить.

А.Ф.: Я думаю, что просто есть какие-то вечные вещи. Потому что, сколько поэтов тех времен? Ведь открываешь книгу. Ну, масса прекрасных хороших стихов, вроде бы, казалось бы. А мы знаем, у всех на слуху только вот буквально несколько имен.

Ведущий: Вот почему это? Это ведь не от того, что, выражаясь современным языком, их «распиарили»? Отнюдь?

А.Ф.: Нет, нет. Просто есть суперличность.

Ведущий: Космос.

А.Ф.: И этим, по-моему, все сказано, да. Огромный, огромадный объем. Ведь, если взять ту же Цветаеву и почитать, допустим, ее прозу. Ведь она, ощущение, что это писал мужчина. Абсолютно мужское. У нее все произведения, все абсолютно разные. И то что-то такое, чего невозможно ни осмыслить, ни понять. А какие образы. Какие, помните, «Поэма горы», если я не ошибаюсь. «Ведь мне хотеть это дело тел, ведь мы друг для друга души отныне». Это… Ну, я не знаю, можно ли, можно ли более, можно ли лучше сказать.

Ведущий: Ну, вот вы сказали о том, что та поэзия, и в чем привлекательна для вас, она более мягкая, более душевная. Сейчас более эмоциональная, резкая. Цветаева — это же эмоции, это же жесткость во многих стихах. Одни эти восклицательные знаки.

А.Ф.: Это открытая эмоция, это нерв. Это открытые такие люди. Человек писал о том, что он пережил. Писал по больному. Это не может не задевать. Не может не интересовать. Допустим, из современных… ну, как, это, конечно, к сожалению, этой поэтессы уже нет в живых, была такая поэтесса Майя Борисова, которая очень страшно закончила свои дни. Да, у нее вышло буквально несколько сборничков небольших. На ее стихи были написаны песни. Но это где-то 70-е годы. Конечно, то поколение, которое постарше, оно наверняка знает это имя. Одно из самых таких известных ее стихотворений — это «Ночной шепот Галатеи», посвященный ученику Пигмалиона. Вот, пожалуй, эту женщину я могла бы, в общем то, в один ряд поставить. Я читаю ее стихи. Т. е., в один ряд с Цветаевой, с Ахматовой. Вот с такой высокой поэзией. Вот с этим уровнем. Но тоже человек писал о живом. Такой вот… по эмоции, по образам как-то они очень близки. А так вот… Ну, хотя я много, много, конечно, знаю хороших поэтов, потому что в свое время я общалась в авторской песне очень так активно.

Ведущий: Сами пишите стихи?

А.Ф.: Сама нет. Знаете, я в один прекрасный момент как раз, когда…

Ведущий: Работая с хорошей поэзией, да…

А.Ф.: Когда начала заниматься авторской песней, у нас там был такой кружок. И ребята, те, которые поэты, уже состоявшиеся, и хорошо пишущие, они давали уроки именно вот по стихосложению. Я в один прекрасный момент поняла, что кому-то дано писать, а кому-то должно исполнять. И не надо смешивать эти два понятия. Конечно, я там что-то там пописываю. Но это так, это…

Ведущий: Это для себя.

А.Ф.: Да.

Ведущий: Хочется, требует душа у нас. Анна, что прозвучит сегодня? Какие произведения?

А.Ф.: Значит, поэма Анны Ахматовой «У самого моря».

Ведущий: Полностью?

А.Ф.: Там есть небольшие купюры. Но они делаются именно для того, чтобы в звуковом воспроизведении это слушалось, потому что все-таки какие-то вещи хорошо читать глазами, но не вслух.

Ведущий: Вам эта поэма наверняка близка, так как вы жили в Крыму?

А.Ф.: Конечно, конечно. И сестру мою зовут Лена. Т.е, для меня это просто…

Ведущий: И вас Анна.

А.Ф.: Когда я прочитала поэму, это как будто обо мне. Да, да, да. Вот. Также прозвучат стихи Марины Цветаевой, как я уже говорила. Ну, не буду перечислять, достаточно большой список все-таки.

Ведущий: Ну, это какой-то период? Либо из разных?

А.Ф.: Из разных периодов, из разных. Вообще сама программа была построена, Цветаевой, если вот целиком ее брать, по эмигрантским стихам. Но в данном случае я ее читаю, конечно, не полностью. Т. е., поэтому там получаются такие… урывками из разных периодов временных. И Сергей Есенин «Анна Снегина». И опять-таки там прозвучит несколько стихов. Небольшой отрывок из его автобиографии.
И в конце, в конце я обычно стараюсь найти какой-то такой не совсем обычный материал, чтобы завершить программу, в конце прозвучит стихотворение Глеба Горбовского «Есенин в 80 лет».

Ведущий: Сегодня в Органном зале Пермской филармонии в рамках абонемента «Мастера художественного слова» состоится концерт Анны. Я воспользуюсь случаем, всех приглашаю. Думаю, Анна тоже будет рада видеть полный Органный зал. Оценить, так ли любят в Перми художественное слово, хорошую поэзию, так ли принимают артистов «Петербург-концерта», как это в Нижнем Новгороде, да? Будем надеяться. Мы уже сказали о том, что прозвучит в этой программе, да. Дай бог, я желаю, чтоб все произошло. И думаю, что все произойдет. Найдется отклик. Есть ли… такой вот оригинальный вопрос у меня к вам, оригинальный, необычный очень, творческие планы, есть ли уже какая-то задумка и желание что-то новое привести на следующий год? Потому что, все-таки, возвращаясь к тому, что сегодня люди идут, но в большинстве своем люди идут еще и на какое-то конкретное произведение, на конкретного писателя, поэта и так далее. Что хотелось бы еще к нам привезти?

А.Ф.: Вы знаете, конечно, задумки есть. Мне бы хотелось привести спектакль, который я уже играю три года. Это спектакль по пьесе Островского «Василиса Мелентьева».

Ведущий: Вот только и хотела спросить о нем.

А.Ф.: Да. Я его все-таки сделала. Помните, вот когда я первый раз приезжала, это у меня только-только наметки были. Все-таки я выпустила этот спектакль. Он идет. Я одна там играю тринадцать ролей. Пьеса в стихах. Идет этот спектакль час сорок без антракта. Звучит там музыка в записи, конечно, Софьи Губайдуллиной, ее сборник «Семь слов» и русская православная музыка.

Ведущий: А вы ни в каком фестивале моноспектаклей не принимали участие?

А.Ф.: Вы знаете, нет. Как-то вот до фестивалей я не дошла. Наверное, надо.

Ведущий: Надо, конечно.

А.Ф.: Да. И поскольку я вот уже говорила, ну, обычно не говорят о том, о будущих каких-то работах. Сейчас идет фестиваль Володина. И он достаточно долго, он 9 месяцев будет идти. И я очень надеюсь, что я успею все-таки выпустить спектакль по рассказу Володина, не буду говорить, какому, и приму участие в фестивале. И, возможно, в общем, вот именно эту работу привезу. Ну, не знаю да.

Ведущий: Именно с этой работой…

А.Ф.: Но в первую очередь мне хотелось бы, конечно, «Василису Мелентьеву». Это моя любимая работа, выстраданный такой, многострадальный спектакль, выстраданный, рожденный в муках то, что называется.

Ведущий: Поэтому и любимый, наверно.

А.Ф.: Да. Ну, и тем более, да, тема там такая всегда, всегда актуальная. Людские страсти они же с годами не изменяются. А тема любви и власти, она, наверно, будет вечна.

Ведущий: Ну, что же, эфир подходит к своему завершению. Анна, я хочу вас поблагодарить за этот замечательный разговор. Еще раз пригласить уважаемых радиослушателей сегодня на концерт Анны. Спасибо всем, кто был с нами. Вела эфир Нина Соловей.

Вернуться

Вход  /  Зарегистрироваться
Забыли пароль? Отмена
Обратно